На первом стыке «Южного потока»
На первом стыке «Южного потока»
08.12.2012 / «Комсомольская правда»

В пятницу под Анапой, на площадке компрессорной станции «Русская», были сварены первые трубы газопровода «Южный поток», который соединит Россию с Европой по дну Черного моря. Объявленный Газпромом тендер на строительство более чем 400-километрового наземного участка выиграло ООО «СТРОЙГАЗМОНТАЖ». Генеральный директор компании Руслан ГОРЮХИН рассказал об участии в «Южном потоке» и других проектах.

— Руслан Евгеньевич, первый стык газопровода был сварен в торжественной обстановке. Сварщиков отбирали по каким-то заслугам?

— Отбирали лучших. Руководитель бригады Александр Топорков имеет пятый разряд, более 10 лет работает сварщиком. Участвовал в строительстве многих известных объектов, среди которых и компрессорные, и атомная станции.

Вообще-то сейчас практически все сварочные работы ведутся автоматическими комплексами. Но нам хотелось придать событию большую торжественность и человечность. Поэтому первый стык на «Южном потоке» мы доверили варить лучшим специалистам.

— Событие произошло на компрессорной станции «Русская». Станция пока — только площадка да городок вахтовиков, перегрузочная станция, склады. Когда она будет построена и будет ли отличаться от других станций, которые строила ваша компания?

— «Русская» будет сдана в 2016 году и по мощности станет самой крупной компрессорной станцией в мире. Она особенная не только по масштабам, но и потому, что на ней будет работать отечественное оборудование, которое по итальянской технологии производит «РЭП Холдинг». На сегодняшний день это лучшее оборудование, сопоставимое по уровню качества и надежности с тем, что установлено на станции «Портовая» для «Северного потока». Там через всю Балтику газ качают компрессоры «Роллс-Ройс», а здесь будут 32-мегаваттные «Ладоги». В связи с тем, что выпускает их российский завод, монтировать и обслуживать их будет удобнее и проще, чем импортные.

— Сколько километров газопровода компания построит в рамках этого проекта?

— Мы выиграли тендеры на строительство двух участков общей протяженностью 421 километр и двух компрессорных станций. Соответственно их и будем строить, а потом постараемся выиграть тендеры и на остальные наземные участки — это еще около 2 тысяч километров газопровода, и на другие компрессорные станции, которые будут сооружаться на территории России.

— По сравнению с сахалинским проектом здесь условия для работы будут проще?

— По географии, конечно, проще, потому что на «Южном потоке» нет тех расстояний, что были на газопроводе Сахалин — Хабаровск — Владивосток. Там если что-то ломалось, то две — три недели надо было ехать, чтобы починить, причем по сопкам, болотам, тайге, где не то что техники — людей-то не найдешь. Можно сказать, там газопровод строился по принципу полевого проектирования, когда проектировщики бежали практически всего на шаг впереди нас.

Тут, я надеюсь, никаких изменений в проект не придется вносить. Хотя, как все мы знаем, в Краснодарском крае каждая пядь земли — это частная собственность, с которой местные жители расстаются весьма неохотно…

— «СТРОЙГАЗМОНТАЖ» создан всего 5 лет назад, при этом реализует сложнейшие проекты. Благодаря чему побеждаете в конкурсах?

— На самом деле компания строилась не на пустом месте, а на базе тех предприятий, которым по 30 — 40 лет. Люди на них работают целыми династиями. А это на самом-то деле очень важно — когда есть готовая команда со своими традициями, внутренними правилами. Имея 40-летний опыт за плечами и сыгранные команды, осваивать сложные проекты намного проще. Поэтому Газпром нам и доверяет.

— Опыт, который накапливается, распространяется внутри компании?

— Во-первых, у нас есть институты, в которых наши специалисты повышают свой профессиональный уровень. Во-вторых, безусловно, сами люди, работая на одной стройке, передают опыт друг другу. Инженеры, которые много лет отработали на трассе, которые видят, как сделать, чтобы получилось лучше, свои знания «перевозят» с одной стройки на другую и, конечно, передают коллегам. В нашей команде 17 тысяч человек, и из них 10 — 15 процентов — инженеры. И мы не стесняемся спрашивать у других опытных людей, которые непосредственно на земле все это делали, аккумулируем свои и их знания, проводим семинары, курсы повышения квалификации, благодаря чему получаем синергетический эффект.

Это ведь только кажется, что газопровод проложить очень просто — закопал и пошел. На самом деле каждый его участок особенный. На «Южном потоке» мы должны будем пройти 46 километров по рисовым чекам. Когда проложим трубу, там рис будет расти, как и раньше, и многие даже знать не будут, что в земле газовая труба идет.

Где-то газопровод проходит через нерестилище рыбы, как было на Дальнем Востоке, в Сочи трубопровод прошел под горной грядой. И нужно так сделать, чтобы никого не потревожить. Безусловно, для этого нужно использовать опыт тех, кто делал что-то подобное, таких людей мы ставим во главу проекта.

— Как только где-то начинают либо прокладывать газопровод, либо строить некие инфраструктурные сооружения, экологи сразу поднимают шум. Ваша компания в прошлом году стала лауреатом конкурса «100 лучших организаций России. Экология и экологический менеджмент» за то, что ваши технологии строительства самые экологически безопасные…

— Мы нигде не нарушили никаких экологических норм. На газопроводе Джубга — Лазаревское — Сочи был очень жесткий контроль, там с одной стороны заповедник, с другой стороны — жилой фонд. Мы не должны были ни нарушить экосистему, ни потревожить жителей. Ведь никому не понравится, когда под твоим участком что-то там бурят. Но мы нашли золотую середину — и газопровод проложили, и жителей не побеспокоили, а уж тем более зверей. Экологи за нами по пятам ходили, чтобы мы, не дай бог, нигде ничего не вырубили, ничего не залили, ущерба природе не нанесли.

На каждой нашей стройке есть внутренний экологический мониторинг. Его специалисты следят за тем, чтобы рабочие правильно утилизировали порубочные остатки, не залезали на земли, на которые нам не положено заходить, ставили где положено технику и так далее. Поэтому, когда приходит внешний надзор, мы уже своим внутренним там все проверили. Мы не нарушаем экологических норм, поэтому нам никто и не предъявляет претензий. И это один из факторов, определяющих победу в тендерах.

— «СТРОЙГАЗМОНТАЖ» в контексте частых побед в тендерах нередко уже по умолчанию называют генподрядчиком Газпрома. Конкуренция в нефтегазовой сфере остра?

— Да. Есть самый крупный подрядчик Газпрома — это «Стройгазконсалтинг», который сегодня имеет самый большой объем нефтегазового строительства. На рынок вернулся «Стройтрансгаз», который сейчас на «Южном потоке» строит компрессорную станцию и участок газопровода Бованенково — Ухта. Почему «СТРОЙГАЗМОНТАЖ» так много выигрывает тендеров? Потому что такого размера компаний, с таким потенциалом — и научным, и инженерным, и техническим, и людским — очень мало. Когда, например, проектировался Сахалинский проект, строить нужно было срочно. А таких подрядчиков, которых можно мобилизовать, которые способны оперативно выдвинуться на объект и начать строить, я назвал — было два, стало три.

Безусловно, есть огромное количество маленьких подрядчиков, с которыми мы тоже конкурируем, и они тоже выигрывают тендеры. Ведь мы представлены не только в капитальном строительстве, на больших газопроводах. Есть ремонты газопроводов, есть газопроводы низкого давления. Там вообще огромная конкуренция, и там нам сложно конкурировать, потому что мы большие. А мелкие подрядчики где-то могут выигрывать тендер по низкой цене. В целом мы боремся на открытом рынке, в условиях прозрачных тендеров.

— А конкуренция на рынке труда ощущается, когда компания-конкурент предложит вашему работнику условия лучше и он к нему уйдет?

— Теоретически это может случиться. Но с текучкой кадров мы боремся очень просто. Каждый наш сотрудник знает, что обеспечен стабильной работой и зарплатой. А если он будет работать хорошо, то получит премии, бонусы, надбавки, северные коэффициенты, коэффициенты сложности — все что положено. И, что немаловажно, людям есть куда расти. Можно привести много примеров, когда рядовой рабочий получает высшее образование, становится инженером или начальником того или иного уровня. Кто хочет расти — растет. Поэтому у нас нет серьезной текучки кадров: коллектив процентов на 90 представляет собой достаточно стабильный костяк, который в одном и том же составе переезжает со стройки на стройку.

— Сколько человек будет занято на «Южном потоке» и какие объемы работ сейчас у компании?

— Около 8 тысяч из 17. Остальные работают на Бованенково — Ухта, на первой нитке газопровода Ухта — Торжок, на БТК Киринского, что на Сахалине.

В следующем году будет объявлено несколько тендеров на вторую очередь газопровода Ухта — Торжок, на проект Чаяндинского месторождения. Буквально перед вылетом сюда мы обсуждали вопрос участия в строительстве «Южного потока» на территории Болгарии.

Мы недавно посчитали, что длина трубы, которую мы сварили, опоясала бы землю по экватору. В этом году мы сдаем четыре газопровода и 17 компрессорных станций — такого объема работ единовременно не было ни у одной компании!