«Южный коридор» все ближе к морю
«Южный коридор» все ближе к морю
05.09.2014 / «Комсомольская правда»

Анапа заметно опустела. Пляжи обретают натуральный облик, меняя пеструю расцветку на природный желтый цвет, детские вопли не заглушают шум прибоя, а городские улицы уже не похожи на растревоженный муравейник

Курортный сезон стремительно катится к завершению. А всего в нескольких километрах от моря в самом разгаре строительный сезон на компрессорной станции «Русская», которая будет подавать газ в «Южный поток».

Сезоны строительства

Впрочем, понятие «сезон» здесь применимо разве что к характеру работ, и он всегда высокий: с тех пор как здесь появились геодезисты, на площадке будущей станции не было ни дня простоя. Ни штормовые ветры и ливни, ни аномально холодные морозы этой зимы и летний зной не задержали строительство. Газпром обозначил срок — сдать первую очередь «Русской» к осени 2015 года и отговорки в расчет принимать не будет. Генподрядчику — холдингу «Стройгазмонтаж» (СГМ) — к этому не привыкать, как и к тому, что частенько требуется закончить строительство раньше плановой даты.

Ну а сотрудники Группы компаний СГМ работали и не в таких курортных, максимально приближенных к цивилизации условиях. Достаточно вспомнить построенный газопровод «Сахалин — Хабаровск — Владивосток», который прокладывали по суровой дальневосточной целине, или строящийся «Бованенково — Ухта», маршрут которого начинается за Полярным кругом. В этом смысле «Южный коридор», строящийся для подачи газа в «Южный поток», строители сравнивают с курортом — разве что отдыхать некогда.

— Когда я приехал сюда, первое время удивительно было — ходишь по площадке и думаешь: если до этого всю жизнь бетон от замораживания спасал, то здесь — от пересушивания, — поделился своими впечатлениями руководитель строительства от «Стройгазмонтажа» Владимир Горшков.

К бетонным работам строители приступили весной прошлого года, и к сегодняшнему дню картина на «Русской» изменилась кардинально. Еще год назад, в первый мой приезд на станцию, рабочие меняли ландшафт, срезая бульдозерами и экскаваторами склоны холмов. Мне, дилетанту, было непонятно, зачем в одном месте копают котлованы, а в другом делают насыпи. Теперь, когда здесь срезали и вывезли с территории без малого 2 миллиона кубометров грунта, смысл тех противоречивых манипуляций стал понятен: среди ландшафтных возвышенностей появилось рукотворное ровное поле в километр длиной, уклон которого от края до края не превышает полуметра.

Сезон земляных работ на «Русской» практически закончен, к финалу подходит и сезон бетонщиков: из 31 тысячи кубометров бетона, необходимых для строительства 1-й и 2-й очередей станции, залито 26 тысяч кубов. На подъеме — монтажно-сварочный сезон.

— Я здесь почти два года работаю. Первый мой объект был на Инте — там мы тоже на компрессорной станции оборудование собирали и монтировали. Когда я получил диплом, знакомые ребята позвали туда работать. Потом переехал на станцию «Кубанская». Сейчас вот — на «Русской». Планы пока менять не собираюсь — работа есть всегда, платят нормально, стабильно и вовремя, — рассказал слесарь механосборочных работ Артем Евстратов.

Монтажники уже поставили часть оборудования на свои места. Четыре газоперекачивающих агрегата, сдать которые «Стройгазмонтаж» должен в следующем году, стоят в укрытиях, представляющих собой стальные короба высотой с пятиэтажку. Еще три агрегата 1-й очереди стоят пока на фундаментах под открытым небом. Компрессоры, турбины, насосы и куча вспомогательного оборудования постепенно обрастают и опутываются трубопроводами, желобами вентиляции, коллекторами и электрическими кабелями. Два из семи агрегатов находятся на стадии 80-процентной готовности.

— За последнее время российские производители поднялись. Если раньше мы ставили на агрегаты импортные компрессоры, то теперь — пермского завода «Рустурбомаш». Турбины производит питерский «РЭП Холдинг», даже затворные краны, которые мы раньше закупали у немцев, сейчас делают в России. Укрытия и трубную обвязку поставляет НПО «Искра», система управления — тоже наша. На этой станции, по сути, только краны и клапаны иностранного производства. Это примерно 3 — 5 процентов от общей стоимости оборудования, — рассказал Владимир Горшков.

Сварка толстой стенки — дело тонкое

«Русская» станет самой крупной компрессорной станцией в мире. Причин тому несколько. Во-первых, большие объемы поставок газа в Европу, во-вторых, большая протяженность и глубина. Почти тысячу километров газовая магистраль будет тянуться по дну Черного моря, местами на глубине больше 2 километров. Например, «Северный поток», который идет через Балтику, имеет максимальное заглубление 220 метров. Соответственно, для того чтобы прокачать газ через Черное море, нужна мощная компрессорная станция, какой и должна стать «Русская».

Она еще и уникальная. Причем это не пафосное определение, которым так часто приукрашивают действительность, а категория объекта в промышленной классификации.

Уникальна она по многим параметрам и, в частности, с точки зрения сварочного производства. Компрессорная станция будет закачивать в трубы газ под давлением, в 3 — 4 раза превышающим давление на обычных магистральных газопроводах. Соответственно и специфика сварки соединительных швов здесь совершенно другая. Тонкое дело, которое требует большого опыта.

— С 1978 года работаю на сварке труб, можно сказать, всю жизнь: «Голубой поток», Сахалин, другие солидные проекты. Так что для меня работа здесь не в новинку, разве что другая толщина металла, другие электроды, варить нужно больше слоев и проходов, — рассказывает сварщик 6-го разряда «Ленгазспецстроя» Владимир Веретенников. — Я работаю здесь с июля, поэтому еще ничего не могу сказать об условиях — просто хороший объект. Я сюда давно стремился, ведь такую толщину металла мало кто варит. Мне как сварщику-трубнику очень уважительно здесь поработать.

Сварщики сейчас в основном заняты на прокладке межцеховых технологических коммуникаций — газо-, масло- и азотопроводов. Если на стандартной компрессорной станции насчитывается около 5 тысяч сварочных стыков, то здесь — 17,5. И на все это разработаны свои технические требования, в чем и заключается уникальность. Прежде чем приступить к работе, сварщики проходят аттестацию. Проверяется уровень их компетенции — в присутствии представителей Национального агентства контроля сварки (НАКС) они проходят теоретический курс подготовки. Потом сваривают образцы трубы, которые в специальной лаборатории испытываются на разрыв, растяжение, на образование трещин в широком диапазоне температур. Потом сдают экзамен и только после успешной сдачи получают допуск к работе.

— Наша задача — не научить сварщика выполнять те или иные действия, а определить его возможности, подтвердить опыт и навыки, чтобы допустить к работе на данном объекте. Ведь сложнее не сварить, а выполнить в процессе сварки все требования — правильно наложить слои, соблюсти межслойную температуру, провести предварительную термическую подготовку сварных кромок. Кроме того, каждый сварщик должен знать не только специфику процесса сварки, но и в каких случаях может применять то или иное оборудование, а в каких не может, — рассказывает руководитель аттестационного центра НАКС Сергей Штоколов. — Сейчас мы аттестуем на этом объекте уже четвертую группу сварщиков — около 40 человек аттестацию уже прошли. Могу сказать, что сварщики «Ленгазспецстроя» соответствуют требованиям, предъявляемым к работе на таких уникальных объектах.

В гармонии с природой

Независимые эксперты из НАКС — не единственные, кто тем или иным образом причастен к строительству «Южного коридора». Где бы ни работали строители, за ними по пятам ходят экологи, которые следят, чтобы газопровод не нанес природе вреда. Поэтому на каждом проекте «Стройгазмонтажа» есть своя служба экологического мониторинга, которая следит и за утилизацией промышленного мусора, и за чистотой на стройплощадке, и за работающей на ней техникой. Поэтому, когда на станцию с проверкой приходит внешний надзор, как правило, претензий предъявлять не к чему.

Впрочем, когда в районе Анапы начались земляные работы, экологи забили тревогу. Дело в том, что в здешних местах обитает подвид средиземноморской черепахи — черепаха Никольского, занесенная в Красную книгу. Эти животные находятся на грани исчезновения: местные жители на протяжении десятилетий делали из их панцирей сувениры, которые продавали отдыхающим. А с приходом строителей появился еще и риск гибели животных под колесами тяжелой техники.

Поэтому Газпром и Центр охраны дикой природы организовали экологическую операцию по спасению черепах. Сюда из разных городов стали приезжать волонтеры. Они ищут взрослых черепах, измеряют, маркируют и переносят на другую территорию, где животные меньше рискуют превратиться в пепельницу или погибнуть под колесами.

За время операции ее участники переселили около 400 черепах. Самым результативным поисковиком стала такса Шерлок, которую натаскал на черепах волонтер из Санкт-Петербурга Денис Шистеров. Семья Шистеровых — мама, папа, дочка и собака — жили под Анапой полтора месяца. По их словам, они очень любят животных и не любят ленивый, «растительный» отдых.

От «Русской» через холмы, скрываясь за вершиной горы Широкая, тянется к морю просека — трасса будущего газопровода. За горой она упирается в виноградники. А вопрос строительства, как всегда, уперся в цену. В Краснодарском крае каждый клочок земли — частная собственность, с которой хозяева не собираются расставаться без приличного навара. Так было с рисоводами, которые за то, чтобы труба прошла через их участок, заламывали Газпрому такую цену, что можно было бы несколько десятилетий на этой земле вообще ничего не выращивать.

То же и с виноградарями: по информации, полученной из газпромовского источника, аграрии потребовали за 20 гектаров 1,5 миллиарда рублей. Тут есть смысл посчитать. В хороший сезон с 1 га можно собрать 8 тонн винограда. Заводы его принимают в лучшем случае по 30 рублей за килограмм, и то если сахаристость и качество ягоды будут максимально высокими.

Простая арифметика показывает, что за сезон с 20 гектаров аграрии смогли бы получить 4,8 миллиона рублей, причем дохода, а не прибыли, которая существенно меньше. А компенсация за изъятие земли предлагается на уровне 30 миллионов. Причем 20 гектаров изымаются только на период строительства: когда труба будет проложена, значительную площадь изъятых участков рекультивируют и возвратят землепользователям. Условия для аграриев вполне выгодные. Руководитель строительства от «Стройгазмонтажа» Владимир Горшков по опыту знает и потому не сомневается: «Когда виноградари увидят живые деньги, сразу дадут разрешение».

Ценные находки

Здешняя земля богата не только урожаем, но и археологическими находками. Поэтому перед началом земляных работ, в 2011 году, на маршруте газопровода и на территории будущей станции «Русская» была проведена большая разведка.

На территории компрессорной станции археологи раскопали античную усадьбу II века до нашей эры. От нее остались хорошо сохранившиеся фундаменты, остатки ограды двора. Усадьба погибла во время пожара, от которого стены завалились внутрь и законсервировали все, что там было.

Археологи обнаружили здесь посуду, грузила рыболовных сетей, несколько пантикапейских монет, благодаря которым и определили возраст поселения. Усадьба входила в сельский округ Горгиппии, на месте которой сейчас находится Анапа. Подобные поселения снабжали продовольствием большой город на берегу Черного моря.

Но археологи были не первыми: за 4 года до них черные копатели приехали сюда с экскаватором и проделали в холме основательную дыру. Грабители думали, что это курган, но когда докопались до каменной кладки, поняли, что золота им здесь не найти, и бросили свое черное дело.

— В окрестностях нет практически ни одного нетронутого грабителями кургана. Правда, раскапывать их ради наживы — себе дороже: в этих захоронениях нет ни золота, ни драгоценных камней, в лучшем случае изредка можно раскопать вещицы из серебра, — рассказывает руководитель ростовской археологической экспедиции Владислав Верещагин.

Но для настоящих археологов эти курганы и поселения ценны. Раскопки дают представление о том, как жили и чем занимались здесь люди в разные эпохи, с кем поддерживали торговые отношения, с кем воевали, каким представляли окружающий мир, какие политические процессы здесь протекали.

Археологи нашли много исторического материала. Это и большие сосуды-пифосы, в которых хранилось зерно, масло и вино, и кухонная посуда, и амфоры. Владислав показал мне собранный по кусочкам и склеенный сосуд:

— Импортная вещь, судя по клейму, сделана была в Греции.

Сразу за границей компрессорной станции, там, где должен пройти шлейф труб, археологи раскопали поселение миотов, которые жили здесь примерно в IV веке до нашей эры. Несколько домов, землянок, зерновые ямы, мусорка. Мусорки, кстати, для археологов — самые интересные места, потому что там обнаруживается больше всего интересных находок. Судя по найденным предметам, население торговало и занималось виноградарством: доцент кафедры археологии Южного федерального университета Андрей Бойко показал мне небольшой изогнутый нож, которым подрезали лозу.

Сейчас участники экспедиции готовят технический отчет, в котором полностью фиксируют все находки, архитектуру раскопанных объектов. Документ сдается в Управление охраны памятников по Краснодарскому краю, которое затем выдает разрешение на строительство.

Пока шли раскопки на горе Широкая, бульдозеры стояли в 300 метрах от них, а строители терпеливо ждали, когда археологи закончат работу. Управились они вовремя, однако так получается не всегда. Слишком много приходится проходить бюрократических согласований. Например, на маршруте будущего газопровода экспедиция начала раскопки средневековой крепости времен Хазарского каганата. Хотя крепость и затеряна в лесной глуши, но видно, что археологи были здесь не первыми. В свое время она была основательно разобрана местными жителями на стройматериалы. Оставили здесь следы своих трудов и черные археологи. В общем, от сторожевой крепости остались основания двух стен и фундамент башни.

— Мы начали раскопки, но потом прекратили, потому что нужно получить разрешение у лесников на вырубку деревьев. Ждем и, к сожалению, теряем драгоценное время, — рассказывает Владислав Верещагин. — Как это часто бывает, работать нам, видимо, придется не в самый комфортный сезон.

Тем не менее и участники экспедиции, и строители не сомневаются в том, что эти бюрократические проволочки не повлияют на сроки сдачи строительства.

— Все, что мы должны сделать, сделаем вовремя, и претензий к нам у заказчика не будет, — уверен Владимир Горшков.